vasiliy_eremin (vasiliy_eremin) wrote in historical_fact,
vasiliy_eremin
vasiliy_eremin
historical_fact

Как гордые буревестники превратились в жирных пингвинов

Лихие 30-е годы выдвинули наверх самых лицемерных мастеров художественного слова. За "правильные" произведения в духе так называемого "соцреализма" классикам типа М. Горького и А. Толстого полагались особняки и машины, антиквариат и обслуга - вот и сформировался в борьбе за бесклассовое общество класс "красной аристократии". И. Бунин вспоминает, как его во Франции посетил А. Толстой и агитировал вернуться на родину, где у того "будет всё". Ненароком "красный граф" перечислил то, что имел сам: несколько машин, две дачи и т.п.

В 1940 году, пользуясь служебным положением (он был председателем ВУАПП), Толстой получил только аванс в… 83 тысячи рублей! «Я думаю, что тут удивляться тоже нечего… – оправдывался гигант советской литературы. – Ежемесячно выплачиваю 6000 р. первой семье… Взяв эти деньги, я получил возможность работать над романом. Если это неэтично, стало быть, неэтично писать роман» (В. Антипина, с. 72–73). Средняя зарплата в СССР в 1940 г. составляла около 350 руб./мес.

Картина "А.Н.Толстой в гостях у художника." Холст, масло. 142 x 168 см Государственный Русский музей, С.-Петербург Автор: Кончаловский Петр Петрович (1876 - 1956)


В 1936 году средняя зарплата столичного литератора составляла около 2 тысяч рублей в месяц, это в 9 раз превышало среднюю зарплату по стране. Современница вспоминала вечер в Клубе писателей в начале 1938 года: «Спускаемся в царство шуб енотовых, обезьяньих, оленьих, на рыбьем меху, бесконечные ботики и кашне, кашне и ботики. Ольга Ивановна (жена писателя Л. Соболева. – В.А.) в длинном серебристом платье из тафты. На грудь ее падает легкий светлый камень. – Мама мне сказала, что эту "слезку" можно надеть – никто не подумает в наше время, что это настоящий камень, – говорит она мне мельком. -Странно, думаю я, - законспирированный бриллиант? Зачем?..» (В. Антипина, с. 196–197)

Б. Пильняк, проводивший обследование жизни и быта грузинских писателей, выяснил, что те имеют в среднем 20–30 тысяч рублей в месяц (и это при том, что ставка гонорара в Грузии ниже, чем в Москве). При этом за счет только литературного заработка во всей республике жили только два писателя. Б. Пильняк пришел к следующим выводам: если бы какой-нибудь фининспектор проверил бюджет писателей Грузии, «он установил бы, что всех их нужно отдать под суд, потому что все имеют какие-то нелегальные источники существования… Писатели начинают относиться к своему творчеству не как к профессии, и, кроме того, это приводит к меценатству, что мы имеем в Грузии». Укажем, что в 1936 году, например, средняя зарплата в Москве составляла 271 рубль, а в Грузии — 235.

Прослышав о легких заработках «правильных» литераторов, многие ринулись штурмовать Союз писателей. Н. Асеев рассказывал: «…Приехал товарищ, который бросил работу фрезеровщика на заводе, принес громадные кипы стихов. Я спрашиваю, что нужно.

— Все продал, развелся с женой, приехал сюда. — Поставил чемоданы.

Он читал мне часа три свои стихи. Я ему объяснил, что это безнадежная вещь, что не надо ходить в Секретариат, по редакциям, а он сказал:

— Нет, приду в Союз. Скажи по-товарищески, товарищ Асеев, сколько платят за строчку?

— У тебя нет таких строчек.

— Скажи сколько?

— Два рубля.

— Если примут десятую долю того, что я написал, значит 5000 рублей. Я на это согласен.

В 1933 году, во время самого страшного в российской истории голода, когда по всей стране миллионы людей умирали от нехватки продовольствия, было принято постановление о создании городка писателей в Переделкино. Сперва хотели возвести 30 дач для крупнейших авторов, однако писатели дожали таки власть, и дач стало аж восемьдесят. Вот параметры «хижины» Вс. Вишневского: площадь первого этажа 146,8 кв. м плюс мансарда высоты в три без малого метра и площадью 61,35 кв. м, плюс терраса в 18,02 кв.

Тема писательского похода на Беломорканал особенно интересна. На поезде тщательно отобранных литераторов доставили в Ленинград. После завтрака на открытых интуристовских «линкольнах» они поехали осматривать город. В их честь был устроен банкет в гостинице «Астория». На столе стояли заливные осетры и поросята, нарезаны тёши семги, балыки, колбасы, ветчина, сыр. Из напитков подавали водку, вино, шампанское, нарзан, боржом. После перемены блюд подали «первое»: борщ, бульон, лапшу. Затем последовали еще несколько перемен: горячая, в белом соусе, свежая рыба; шашлык по-кавказски, отбивные по-киевски, кровавые куски мяса, бифштексы по-деревенски, жареные цыплята и индюшки. На десерт предложили мороженое, и персики без косточек и кожуры.

«С той минуты, как мы стали гостями чекистов, для нас начался коммунизм. Едим и пьем по потребностям, ни за что не платим. Копченые колбасы. Сыры. Икра. Фрукты. Вина. Шоколад. Коньяк» (А. Авдеенко)

Канал обошелся государству относительно дешево, ведь рабским трудом заменили массу необходимой техники. Экономили на всем: при средней зарплате в стране 130-150 руб. на каждого заключенного тратили в среднем 11 руб. в месяц. Дневной рацион так называемого «каналармейца» состоял из 500 грамм хлеба и баланды из морских водорослей. Но и на хлебе экономили, он был настолько некачественным, что его прозвали «аммонал».

Уже в ходе самой поездки между прикормленными "мастерами пера" развернулось ожесточенное сражение за самый верноподданическое произведение. Пожалуй, в умении сгибаться перед властью всех перещеголял поэт А.Безыменский, он сочинил стихотворение-донос: "Я, сообщая героической ЧеКа, Что грандиозность Беломорского канала И мысль Вождя, что жизнь ему давала Войдут невиданной поэмою в века. И, если коллективом вдохновений Поэму Беломорского пути Сумеем мы в литературу донести, То это будет лучшее из наших донесений!"

Организуя этот поход в лагеря, режим убивал одним выстрелом сразу нескольких зайцев. Он и стращал мастеров слова, одновременно их же задабривал, а через их произведения показывал всему миру и родному народу, что система сталинской лагерной экономики якобы вполне справедлива. Итогом поездки писателей стал коллективный труд «Беломорско-Балтийский канал имени Сталина. История строительства. 1931–1934 гг.» Среди творцов – знакомые все лица: М. Горький, А. Толстой, М. Зощенко, Вс. Иванов, В. Инбер, В. Катаев и другие.

«Это одна из наиболее блестящих побед коллективно организованной энергии людей над стихиями суровой природы севера. В то же время это отлично удавшийся опыт массового превращения бывших врагов пролетариата-диктатора и советской общественности в квалифицированных сотрудников рабочего класса и даже в энтузиастов государственно-необходимого труда». Такими словами обозначил итог стройки, на которой умерли от сочетания голода и непосильного труда тысячи людей, Максим Горький. Тот Горький, который как никто знал - что такое голод и нищета. Тот самый Горький - литературный псевдоним которого олицетворял стремление защитить людей труда. Так гордый буревестник революции превратился в жирного пингвина...

Горький на Беломорканале

А вот крестьянский поэт Николай Клюев не прогнулся и не продался, написал такое:
То Беломорский смерть-канал,
Его Акимушка копал,
С Ветлуги Пров да тётка Фёкла.
Великороссия промокла
Под красным ливнем до костей...

В 1937 он был расстрелян. К слову, из 571 делегата Первого съезда советских писателей, прошедшего в 1934г., было репрессировано примерно 180 человек (около трети). Так что в "жирных пингвинов" превратились далеко не все...

Источники:
Андрей Мирошкин "Писатели, строители, чекисты" http://www.slovosfera.ru/bookreview/belomorcanal_miroshkin.html

Антипина В. А. Повседневная жизнь советских писателей. 1930–1950-е годы http://coollib.com/b/234412/read
Tags: красная_аристократия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 18 comments