vasiliy_eremin (vasiliy_eremin) wrote in historical_fact,
vasiliy_eremin
vasiliy_eremin
historical_fact

Русская Голгофа

Автор статьи Андрей Дорош.

В новейшей российской историографии, одной из наиболее мало изученных и актуальных проблем исследования является антирелигиозная деятельность советского правительства.

Данная статья рассматривает антирелигиозную деятельность советского правительства с октября 1917 года, т.е. с момента установления советского строя на постимперском пространстве, по 1964 год. Так как, именно этот период в истории СССР характерен наиболее разнообразными способами давления, уничтожения, противодействия и даже сотрудничества советской власти и РПЦ. В целом, период антирелигиозной деятельности советского правительства и советских учреждений по отношению к РПЦ с 1917 по 1964 годы, можно разделить на шесть хронологических периодов по признакам размаха и характера антирелигиозной деятельности.

Первый период 1917–1922 годы, начался фактически сразу же после прихода к власти большевиков. Носил по большей мере хаотичный характер, что было обусловлено идущей в стране гражданской войной, слабой централизацией. Огромное значение имели не столько приказы непосредственно советского правительства, сколько распоряжение отдельных комиссаров и других советских уполномоченных на местах. Для этого периода характерны, массовые грабежи церквей, монастырей, расстрелы священнослужителей, как правило, осуществлявшиеся путем самосуда

Обычно, официальной датой начала гонений на РПЦ считают – Декрет Советской власти от 20 января 1918 года об отделении Церкви от государства, за которым последовало изъятие всех ее капиталов, земли, зданий (включая и храмы), которые автоматически переходили в собственность государства. Но следует заметить, что террор по отношению к духовенству начался на местах сразу же после прихода к власти большевиков. Об этом может свидетельствовать убийство (кстати, оно считается первым убийством священника большевиками) протоиерея Иоанна Кочурова, совершившееся 30 октября 1917 года в Царском селе. «Очевидец свидетельствует, что его с улюлюканьем оттащили за волосы на аэродром, где и пристрелили». Следующей жертвой стал митрополит Киевский Владимир, расстрелянный красногвардейцами 23 января 1918 без соблюдения каких либо процессуальных норм. На самом деле, такого рода убийства были только началом. «В одной только Воронежской губернии в декабре 1919 года, после ее занятия красными войсками, только за один месяц было убито 160 священников». При этом большинство убийств имело весьма циничный, а в некоторых случаях прослеживался и ритуальный характер. Примером может послужить убийство архиепископа Воронежского и Задонского Тихона (Никанорова) 9 января 1920 года, во время совершения богослужения повешенного на Царских вратах Благовещенского собора.

Так же, в этот период 14 февраля 1919 было принято постановление наркомата юстиции о вскрытии мощей, с целью уличения духовенства в подделке их нетленности. Последующее постановление от 23 августа 1920 года носило более радикальный характер, и предписывало передачу мощей в антирелигиозные музеи. Это было необходимо для подрыва авторитета священнослужителей и православной веры. Начавшиеся вслед за подписанием декрета вскрытие останков, почитавшихся в народе святыми, вызвало массовое недовольство со стороны православного населения и духовенства, а в отдельных случаях и открытое противодействие данным попыткам, что зачастую приводило к локальным кровопролитиям в столкновениях между верующими и уполномоченными комиссиями и как следствие, росту преследования духовенства, обвинявшегося в данных случаях в подстрекательстве и контрреволюционности. В целом, первый период антирелигиозной деятельности, вылившийся в открытые гонения, унес в расстрелах более 15 тысяч жизней только в 1918–1919 годах, общее число репрессий составляет около 20 тысяч. Почти все столкновения, все аресты заканчивались расстрелами.

Второй период 1922–1929 годы. Изъятие церковных ценностей, под предлогом помощи голодающим Поволжья. Двадцать третьего февраля 1922 года был подписан декрет ВЦИК об изъятии церковных ценностей. Заметим, что изымать предписывалось, только лишь неиспользованные в богослужении ценности, но, как правило, этот пункт постановления нарушался на местах. Сразу же за его подписанием, началось изъятие церковных ценностей, так же в ряде случаев вылившиеся в столкновения между комиссиями по изъятию, которые, как правило, усиливались военными отрядами, и верующими, стремившимися отстоять святыни. В этот период террор против духовенства продолжался и поддерживался на самом высоком уровне советского руководства, о чем свидетельствует секретное письмо Ленина от 19 марта 1922 года, в котором в частности сказано: «чем большее число духовенства мы расстреляем, тем лучше», и указание Л. Троцкому (Бронштейну) тайно возглавить гонение.



Так же, были предприняты попытки раскола церкви изнутри и создания так называемой «Живой Церкви» (под руководством самопровозглашенного епископа Александра Введенского) в противовес Русской православной церкви. «Живая церковь» открыто поддерживала советскую власть и отвергала ряд церковных традиций и правил, называя их устаревшими Деятельность «Живой Церкви» поддерживали советские специальные службы ВЧК–ГПУ–ОГПУ. Следует отметить, что город Воронеж был одним из оплотов обновленчества.

В этот период оформляется и пропагандистская борьба с Русской православной церковью, в 1922 году была создана Антирелигиозная комиссия при ЦК РКП(б) под председательством Е. Ярославского. Помимо организации репрессий против духовенства, данная служба занималась руководством пропагандистских компаний, организацией антицерковных процессий (как пример комсомольские крестные ходы и иные пародия на Богослужения) и погромов православных храмов. Так же данная комиссия руководила изданием антирелигиозных журналов, например «Церковь и революция». Тираж подобных изданий в этот и последующие периоды существенно увеличивался. Например, за январь – март 1923 года появляется 27 новых антирелигиозных изданий. Вместе с тем, под запрет попадают все религиозные издания. Усложняется регистрация церковных общин.

В целом второй период гонений вылился в 20 тысяч репрессий, расстреляно около тысячи человек. Советские карательные органы на этот раз, изображают справедливость, в отличие от самосудов 1918 года, устраивают показательные суды, в том числе и для запугивания масс.

Третий период 1929–1937 годы. Период проходившего в стране процесса раскулачивание и коллективизация в очередной раз увеличил давление и на церковь. Основной удар в период коллективизации приняло на себя сельское духовенство, которое при каждом удобном случае раскулачивали или обвиняли в противодействии созданию колхозных хозяйств, что, как правило, имело одинаковую развязку. Это конфискация имущества, ссылка или расстрел. Начало новому витку гонений положила директива секретаря ВКП(б) Л. М. Кагановича от февраля 1929 года под названием «О мерах по усилению антирелигиозной работы». В данной директиве духовенство объявлялось Л.М. Кагановичем политическим противником ВКП(б): «церковь — это единственная легальная контрреволюционная сила». В этом письме, он призывает усилить давление на РПЦ, как на структуру, носящую антисоветский характер, фактически ставится вопрос о полном уничтожении Русской православной церкви. Давление возрастает, большое число храмов подвергается закрытию, или полному уничтожению. В частности, 5 декабря 1931 года был взорван в Москве кафедральный храм Христа Спасителя, построенный в середине 19 века в честь победы над войсками Наполеона за народные деньги.

Взрыв Храма Христа Спасителя


Так же, с 1932–36 годов прошла так называемая «Безбожная пятилетка», объявленная «Союзом воинствующих безбожников». Организацией целенаправленно созданной советским правительством для борьбы с религией. Для осуществления «Безбожной пятилетки» был выработан особый план: «в первый год закрыть все оставшиеся духовные школы; во второй – провести массовое закрытие храмов, запретить издания религиозных сочинений и изготовление предметов культа; в третий год выслать всех служителей культа за границу (в реальной обстановке тех лет слово «заграница» было, конечно, своеобразным эвфемизмом); в четвертый –закрыть оставшиеся храмы всех религий и, наконец, в пятый – закрепить достигнутые успехи».

Таким образом, воинствующие атеисты полагали, что к 1 мая 1937 года, «имя Бога должно быть забыто на всей территории СССР». Возрастают объемы антирелигиозной пропаганды, тираж журнала «Воинствующий Безбожник» достигает нескольких миллионов экземпляров. Активно действуют комсомольские антирелигиозные агитационные бригады и организация «Союз воинствующего безбожника», обладавшая весьма широким полем деятельности, начиная от проведения весьма грубых и оскорбительных театрализованных пародий на богослужения, заканчивая организациями антирелигиозных лекций и диспутов, содержанием антирелигиозных музеев. Тем самым, об этой организации можно судить как о серьезной структуре, деятельность которой была рассчитана на разные интеллектуальные прослойки советского общества. Пика своего развития данная организация достигает в 1932 году, когда в ее рядах насчитывалось 5,7 млн. членов, это был именно тот максимум, которого удалось добиться.

Так же, следует отметить, что в этот период возрастает антирелигиозная пропаганда в образовательных учреждениях, на верующих пытаются оказывать давление, как со стороны правоохранительных органов, так и со стороны коллектива по месту работы. Несмотря на гонения сравнимые по силе с 1922 годом, провал «Безбожной пятилетки» – виден в переписи населения 1937 года, в которой православным верующими назвали себя 1/3 городского населения и 2/3 сельского, то есть более половины населения СССР. Результат переписи, говорит о том, что поставленной задачи советское правительство не добилось.

Долой елку

Третий Период гонений был в 3 раз сильнее второго периода 1922 года, в этот период было произведено свыше 60 тысяч арестов и 5 тысяч казней, пик его пришелся на 1930 и 1931 годы.
Четвертый период 1937–41 годы. Стремление уничтожить фактически всех священнослужителей и активной части верующих, том числе и обновленцев. Как правило, это было массовое физическое уничтожение. Именно к этому периоду и имеет отношение печально известный подмосковный полигон в Бутово с сотнями тысяч расстрелянных. Массовые расстрелы происходили фактически, в каждой области, в том числе и в городе Воронеже — в районе Дубовки.

В 1937-1939 годах был истреблен фактически весь российский православный епископат (представители высшей Церковной иерархии). Физическому уничтожению подвергались не только представители высшей церковной иерархии, но и все российское духовенство. О масштабе репрессий можно судить хотя бы по тому обстоятельству, что в один только день, 17 февраля 1938 года в Москве были расстреляны игумен Епифаний (в миру Захар Филиппович Авдеев), иеромонах Нестор (Балашов Николай Иванович), иеромонах Афоний (Александр Егорович Вишняков), схимонахиня Рафаила (Вишнякова Мария Архиповна), священник Симеон Григорьевич Григорьев), тайная монахиня Лидия Митрофановна Иванова, иеромонах Иероним (Киселев Иван Васильевич), тайная монахиня Софья Сергеевна Тучкова. Это жертвы только одного из тысяч расстрельных дней за три страшных года, и только те, чьи имена удалось установить.

Но одним только террором, по отношению к духовенству антирелигиозная деятельность советского правительства в данный период не ограничивалась, активно применялись фактически все доступные способы, позволявшие как можно более эффективно воздействовать на религиозное сознание масс. Прежде всего, уничтожались культовые учреждения, такие как храмы и монастыри. В 1937 году председатель Союза воинствующих безбожников Е. Ярославский (Губельман) заявил, что «в стране с монастырями покончено», т.к. стараниями советского правительства были закрыты все до этого действовавшие православные монастыри. На свободе оставалось всего 4 действующих епископа.

К 1939 г. закрыты все (их было в 1917 году более тысячи) монастыри и более 60 тысяч храмов – служба совершалась только примерно в 100 храмах. Но победа безбожников была не долгой, в 1939 г. с присоединением Прибалтики и западных областей Украины и Белоруссии в СССР опять стало много православных монастырей и храмов. Сразу же после присоединения этих территорий на них стало вестись преследование духовенства, закрытие храмов и монастырей, т.е. обычная для СССР того периода советская антирелигиозная деятельность.

Четвертый период гонений примерно в 10 раз превышает по арестам гонения 1922 года, а по расстрелам в 80 раз. Расстрелян каждый второй, около 200 тысяч репрессий и 100 тысяч казней с 1937 по 1941 годы.

Пятый период 1941-1954 годы. Характеризуется постепенным улучшение отношение советского правительства к РПЦ. Во многом на улучшение отношений РПЦ и советского правительства повлияло общее бедствие Великая Отечественная война. Уже в 1941 году фактически была прекращена деятельность «Союза Воинствующего безбожника». С началом войны было приостановлено дальнейшее закрытие церквей и массовое преследование духовенства, фактически, приостановлена и антирелигиозная пропаганда.

Наиболее конструктивные отношения между правительством и церковью начинаются со встречи 4 сентября 1943 – И.В. Сталина с патриаршим Местоблюстителем митрополитом Сергием и митрополитами Алексием и Николаем. На этой встрече обсуждался целый ряд совместных вопросов. Итогом встречи стало возвращение большинства священников из тюрем и армии, открытие большинства сохранившихся храмов. Фактически, в течении всего указанного периода присутствует конструктивный диалог между Русской православной церковью и советским правительством, при этом, идеология советского государства и официальные мировоззренческие установки остаются по-прежнему атеистическими.

Существует несколько причин, по которым отношения улучшились и в конечном итоге приобрели принципиально другой характер, по сравнению с отношением советского правительства к РПЦ в более ранние периоды. Одна из причин в том, что немецкое командование широко использовало церковь в своей пропаганде, на занятых Германским вермахтом территориях открывали православные храмы, разрешали преподавание закона Божиего. Наивно было бы полагать, что нацисты делали это из-за любви к православию и русскому народу. Все эти меры проводились для повышения лояльности православных христиан к оккупантам и использовались захватчиками лишь в пропагандистских целях, о чем свидетельствует одно из высказываний А. Гитлера: «Мы должны избегать, что бы одна Церковь удовлетворяла религиозные нужды больших районов, и каждая деревня должна быть превращена в независимую секту. Если некоторые деревни в результате захотят практиковать черную магию, как это делают негры или индейцы, мы не должны ничего делать, что бы воспрепятствовать им. Коротко говоря, наша политика на широких просторах должна заключаться в поощрении любой и каждой формы разъединения и раскола». Таким образом, из слов тогдашнего руководителя Германии становится ясны истинные цели «сочувствия» нацистов к православию, но многие верующие советские граждане, оказавшись на оккупированных территориях и видя положительное отношение местных оккупационных властей к религии в целом, начинали всерьез верить в миф нацистской пропаганды «о крестовом походе против большевиков-безбожников». Следовательно, советскому правительству, было необходимо изменить свое враждебное отношение к религии, на непримиримости к которой весьма удачно играла нацистская пропаганда. Так же, немаловажной причиной является мобилизующая и объединяющая роль Русской православной церкви, которая неоднократно объединяла русских людей на ратные подвиги в самые тяжелые для страны годы, и именно это свойство и использовало в этот период советское правительство. Отметим, что на заметное улучшение взаимоотношения РПЦ и советского правительства повлиял и тот фактор, что советское руководство, стараясь расположить к себе потенциальных и необходимых нам союзников пошло на существенное смягчение своего отношения к РПЦ, ввиду того, что за рубежом уже бытовало мнение о серьезных притеснениях христианского населения в СССР. По этой причине в правительстве США попытка президента Ф. Рузвельта об объявлении войны Германии, вызвало серьезное противодействие со стороны американского Совета церквей Христа, утверждавшего, что США не может выступит на стороне Советского Союза, так как СССР – это безбожное государство. Советскому руководству пришлось в срочном порядке оправдываться в глазах западной христианской общественности, что не без труда и при помощи недавно преследуемого духовенства было достигнуто. В послевоенные годы отношение к РПЦ существенно не изменяется. Гонения в данный период времени не были возобновлены, вплоть до смерти И.В. Сталина.

Новый виток активизация антирелигиозной деятельности советского правительства пришелся на 1954-1964 годы. Для этого периода характерны активные экономическое, правовое и идеологическое давление на РПЦ со стороны правительства. В октябре 1958 года, началась «всесоюзная» кампания против религии, особенно против Русской православной церкви как наиболее распространенной в СССР конфессии. Дошло даже до того, что в 1961 году, сам Н.С. Хрущев, выступая по телевидению, заверил: «Обещаю, что вскоре мы покажем последнего попа по телевизору!».

Отметим, что подобные заявления были отнюдь не случайны. Никита Сергеевич Хрущев еще в сентябре 1955 года заявил французской правительственной делегации: «Мы продолжаем быть атеистами. И мы будем стараться освободить от религиозного дурмана большее количество народа». В беседе с американским издателем В. Херстом, в ходе своего визита в США в сентябре 1959 г. Хрущев высказал свои мечты о торжестве атеизма: «Народное просвещение, распространение научных знаний, изучение законов природы не оставляет места для веры в Бога».

Существенное влияние, на проводимую в отношении церкви политику оказали и экономические факторы. Правительство СССР в тот период активно искало источники пополнения государственной казны, испытывающей дефицит средств, из-за не совсем удачных экспериментов в области сельхоз хозяйственной экономики. Не случайно, первыми крупномасштабными антирелигиозными акциями, предпринятыми в октябре 1958 года, были «закрытые» постановлений об экономическом давлении на Русскую православную церковь. Шестнадцатого октября Совет министров СССР принял первые антицерковные постановления: «О монастырях в СССР» и «О налоговом обложении доходов предприятий епархиальных управлений и доходов монастырей». В первом постановлении монастырям запрещалось применять наемный труд, предусматривалось троекратное уменьшение земельных наделов, и числа обителей. Вновь вводились ранее отмененные в марте 1945 года налог со строений и земельная рента. В несколько раз, в сравнении с 1945-1955 годами, повышались ставки налога с земельных церковных участков, включая даже кладбища расположенные на церковной земле. Вдвое увеличился налог на доход свечных мастерских. Безусловно, все вышеперечисленные меры крайне отрицательно сказались на экономическом положении Русской православной церкви.

Так же, немаловажно отметить, один из важнейших документов данного периода — секретное постановление ЦК КПСС от 4 октября 1958 года «О записке отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам «О недостатках научно-атеистической пропаганды». В нем всем партийным и комсомольским организациям, а так же государственным органам предписывалось «развернуть наступление на религиозные пережитки в сознании и быту советских людей». Безусловно, данное постановление повлияло на начало массовых антирелигиозных мероприятий, схожих с «комсомольскими крестными ходами» 20-30-х годов, проводимые, как правило, на большие православные праздники, для создания противовеса и дискредитации, традиционных для РПЦ крестных ходов. Данные мероприятия, организованные комсомолом были глубоко оскорбительны для чувств верующей части советского общества.

Но подобными мерами правительство не ограничилось. С ноября 1958 года по март 1959 года прошла массовая «чистка» гражданских библиотек от литературы религиозной тематики. Так же, 28 ноября 1958 года ЦК КПСС принял постановление «О мерах по прекращению паломничества к так называемым «святым местам». Причем, чтобы прекратить доступ верующих к 700 учтенным властями святым местам в СССР, применялись самые разнообразные методы, зачастую носящие кощунственный характер. К примеру, на местах паломничества или вблизи них устраивались свинарники, отхожие места, свалки мусора, святые источники «выкачивались», засыпались чем угодно. В конце 1950-х и первой половине 1960-х годов был вновь запрещен колокольный звон, разрешенный с осени 1941 года. Действующие православные храмы отключали от водопроводной сети и даже от канализации, запрещали проведение ремонтных работ. При этом, поводом для закрытия культового сооружения могло послужить ненадлежащее санитарно техническое состояние здания. Таким образом, условия для закрытия православных храмов создавались целенаправленно. Например, уже к ноябрю 1959 г. закрыли 13 православных объектов, а только в январе 1960 года — еще 17 культовых сооружений.

В свою очередь, земельные участки некоторых зарубежных монастырей Русской православной церкви продавались за фрукты или овощи. Так, земли монастыря Марии Магдалины, вблизи палестинского города Иерихон, в 1962 году были проданы Израилю за поставки в СССР апельсинов и мандаринов.

По имеющимся данным, свыше 60% храмов, закрытых в 1958-1964 гг., были православными. Хотя в предыдущие 15 лет, особенно в 1941-1954 гг., восстанавливались прежние церкви, приходы, монастыри, сооружались и новые, которым частично возвращались земли и некоторые ценности, изъятые у них в 1920-1930-е годы. Всего за 1958-1964 гг. было закрыто свыше 4 тысяч православных храмов, в том числе до 70% тех, что были вновь открыты в 1941-1954 годах.

В этой связи, весьма интересно мнение украинского историка и этнографа Виктора Палецкого: «Основной хрущевский удар по Православию был нанесен в России, потому, что прежде всего русские были недовольны его политикой. В то же самое время мало обращалось внимания на «неофициальное» возрождение униато-католической конфессии в Западной Украине, баптизма и иудаизма, а энергичные протесты мусульман вынудили власти почти прекратить, во избежание реставрации басмачества, закрытие мечетей в Средней Азии и Поволжье. Зато в тех же регионах чуть ли не массовым образом закрывались учреждения православного, в том числе старообрядческого культа».

Двадцать четвертого ноября 1960 года митрополит Николай (Ярушевич) в беседе с представителями ЦК КПСС поставил вопрос о «фактах физического уничтожения Православной Церкви… В настоящее время ведется явная линия на уничтожение Церкви и религии вообще, и более глубоко и широко, чем это было в 1920-х годах». Подобную политику по отношению к Русской православной церкви прекратили только с ноября 1964 года, в связи с уходом с руководящей должности Н.С. Хрущева, который безусловно являлся одним из инициаторов возобновления антирелигиозной деятельности в СССР.

Источник:
Русская Голгофа http://vesparevenge.ru/?p=1059
Tags: красный_террор, сталин_террор, церковь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 4 comments