Патриот Руси (nampuom_pycu) wrote in historical_fact,
Патриот Руси
nampuom_pycu
historical_fact

Categories:

Оперная певица Галина Павловна Вишневская: свидетельства о советской эпохе.



       «Создаётся впечатление, что правительство специально создаёт бытовые трудности, чтобы, измотав человека до чёртиков в глазах, отвлечь его от более важных проблем, затруднить в нём интеллектуальную и духовную жизнь.
       А если освободить народ от этой ежедневной борьбы, пожалуй, у него будет время задуматься над своим положением холопа, вкалывающего на потребу партийной элите.
       Советские люди привыкли к знакам отличия, как к клейму на мясе…
       Что за страна, почему всегда надо просить, хлопотать, доставать? Казалось бы, чего проще – плати человеку за его труд столько, сколько он стоит на деле, и он сам будет распоряжаться своими доходами, жить по своим возможностям. Да, но тогда не будет «бесплатных» квартир, «бесплатной» медицины, и ты ничем не будешь обязан советской власти, и вообще не нужна будет эта власть с миллионами партийных дармоедов, по своему усмотрению отмеривающих тебе твои потребности. От самого рождения они за тебя решают, вся жизнь твоя подчинена чужой воле, и страшно то, что постепенно, с отмиранием твоих желаний и инициативы, это становится даже и удобным. Пусть конура в грязной, коммунальной квартире, но она есть и стоит дёшево, пусть плохая еда, но тоже есть, а ведь может и не быть. Живы – и слава Богу.
       Эти государственные организации для того и существуют, чтоб защищать советскую власть от нас, надоедливых рабов.



       Господи, как странно, что все мы живём в вечной оскорбительной подозрительности друг к другу. Большинство артистов и оперы и балета сотрудничают с КГБ.
       После расстрела Берии нашли списки более ста женщин, которых по его указу кагэбешники поставляли ему… Будучи негодяем, он двадцать лет был членом правительства, и все его соратники остались на своих местах, охраняя режим.
       Культ личности Сталина, массовые расстрелы невинных, уничтожение всей армейской верхушки, пытки в тюрьмах, доносы. Всё это выложил Хрущёв в своём докладе на закрытом заседании ХХ съезда партии перед изумлёнными делегатами.



       По вине Сталина сотни тысяч безоружных советских солдат в первые же дни войны попали в плен. Сталин в страхе прятался, не принимая участия в решениях Военного Совета… Сталин – трус! Сталин – преступник!.. Культ личности… Сфабрикованное Сталиным «дело врачей»… Сталин – маньяк…



       Культ личности! Но кто же его создал? И что делали в годы культа члены Политбюро – мозг и сердце партии?
       Всем скопом вцепившись в глотку Берии, бывшему главе КГБ, повешенному сталинским методом, тайно прикончили его – избавились от самого осведомлённого свидетеля их общих преступлений, а все чудовищные злодеяния правящей партии свалили на мёртвого Сталина. И вот уже матёрые волки, надев на себя овечьи шкуры, дружно вопят: «Ленинское ядро Коммунистической партии разоблачило культ личности Сталина!»
       Уничтожение лучшей части крестьянства во время коллективизации, расстрел всего командования армии перед войной, за что советский народ заплатил миллионами жертв во время войны и руинами на месте бывших городов, уничтожение интеллигенции, – всё это лишь «грязное бельё»?
       Казалось бы, народ обязан действовать, открыто выразить своё возмущение преступлениями правящей партии. Нет…
       Все граждане страны, – если не потребовали к ответу своё преступное правительство, – становились его сообщниками. Мне кажется, что во имя этого и сделал свой доклад Хрущёв…



       Что мы за народ такой? Неужели мы совсем лишены чувства достоинства, чести, задавлены низменным страхом, коль позволили сотворить над собой такое? Нет, русский народ не труслив. На войне безоружные солдаты шли в атаку на верную смерть, готовы были умереть, защищая отчизну.



       Но кому хочется умирать просто так, как последней скотине? Где-то в подвале, тайно избитым, униженным, замученным, под пытками своих же соотечественников-палачей? Во имя чего? Ведь голоса твоего, как ни кричи, никто не услышит. Нет, это не страх, а гораздо хуже, – это безнадёжность. Впервые мне со всей ясностью представилась патологическая ложь всей моей прошлой, настоящей и будущей жизни в этой стране…



       Эпоха позднего реабилитанса! В столицу со всех концов стекались истощённые, измученные люди, – те, кто выжил в советских концлагерях… добиваясь – кто восстановления в партии, а кто – документа о реабилитации. Эти клочки бумаги с циничной простотой сообщали полутрупам-калекам и пожизненным инвалидам, что они были невинно осуждены и, отсидев в тюрьмах по десять-двадцать лет, теперь, за отсутствием состава преступления, досрочно освобождены и реабилитированы.
       Своей безответственностью и безразличием к человеческой жизни жалкий клочок бумаги напоминал, что никакие людские жертвы не способны изменить звериный лик советского режима.



       Как и прежде, все сталинские соратники отсиживались за стенами Кремля, никто из них не был судим, и их физиономии всё ещё украшали фасады домов, нагло глядя и на реабилитированных, и на весь одурманенный народ.
       Не было в стране завода, школы, театра, университета, улицы, площади, парка, где не красовался бы прославленный своими учениками Генеральный секретарь ЦК.



       Первыми должны были платить по векселям писатели и художники. Партия потребовала от них прославления великих строек, счастливой жизни народа – в те страшные годы, когда на Украине несколько миллионов человек умерли от голода, когда в Казахстанские степи, в Сибирь нескончаемым потоком месяцами шли эшелоны, набитые крестьянскими семьями, – так называемыми кулаками и теми, кто сопротивлялся коллективизации. Зимой их выбрасывали в тайгу, где ещё не было жилищ, с детьми и женщинами, беспомощными стариками и старухами. Огромная часть их сразу же умирала, а те, кто имел ещё силы, тут же валили лес и строили для себя концлагеря и тюрьмы, где им потом придётся умереть от голода и каторжного труда.



       По стране покатилась волна террора: убийство Кирова в 1934 году – тысячи арестов; таинственная смерть Горького, Куйбышева – снова аресты, расстрелы. Летят головы вчера ещё всесильных, всевластных партийных деятелей, увлекая за собой сотни тысяч смертных. В те годы доносы, даже анонимные, приняли узаконенную форму и не оставались без последствий. На этой благоприятной почве пышным цветом расцвели самые низменные чувства людей: ложь, предательство, зависть. Ведь так легко было свести счёты с конкурентом, убрать со своего пути любого талантливейшего соперника.



       Это было золотое время для подлецов и карьеристов. Все они хорошо изучили вкусы Сталина, подыгрывали ему в его невежестве. Ведь Сталин вообще не понимал симфонической, инструментальной музыки, а музыку современную просто терпеть не мог. Максимум, что было доступно его восприятию, – это народные песни и некоторые оперы.



       Об этом не стоило бы говорить, если бы его примитивные, обывательские вкусы, узаконенные безграничной диктаторской властью, не стали определяющей политикой в искусстве, постулатом для любого гражданина этой страны и самым действенным и бьющим без промаха оружием в руках выслуживающихся прихлебателей, вовсю старавшихся доказать свою преданность системе лжи.
       В 1932-1938 гг. в концлагерях и тюрьмах находились 12 миллионов человек. Из них один миллион был расстрелян, два миллиона умерли.
       Те, кто арестован, выли под пытками в подвалах; те, кто был ещё на свободе, молчали, открывая рот только для прославления Сталина.
       12 июня 1937 года было объявлено о суде над верховным командованием Красной Армии. Всего в ходе террора погибли: три – из пяти маршалов, 14 из 16 командующих армиями, все 8 флагманов, 60 из 67 командиров корпусов, 136 из 199 командиров дивизий, 221 из 397 командиров бригад, все 11 заместителей наркома обороны и 75 из 80 членов Высшего военного совета, а 35 тысяч человек командного состава были расстреляны или брошены в тюрьмы.



       При имени Тухачевского нельзя забыть о подавленном им в 1921 году Кронштадтском восстании и об истекающих кровью матросах на льду Финского залива.
       2 марта 1938 года… новый судебный процесс [в Москве]… В ролях обвиняемых предстали: Бухарин, Рыков, Крестинский, Раковский, Ягода… Все они из одного логова и пожирали друг друга, сводя между собой счёты, зная, на что идут. Но только по их именам обозначаются периоды судебных процессов в истории коммунистической партии, когда были замучены миллионы ни в чём не повинных граждан.



       Как вообразить себе гибель трёх миллионов человек в подвалах тюрем коммунистической страны в мирные 1937-1938 годы? Это – только за два года! А сколько же миллионов уничтожено за все годы террора? А десять миллионов так называемых кулаков? Ведь не какая-то адская машина выполнила эту работу, – это были советские люди, профессиональные палачи, которые каждый день, как на фабрику, шли на работу и делали своё дело – пытали, расстреливали… Но сколько же их было по всей России? Это должна быть целая армия, чтобы замучить и уничтожить столько миллионов человек!



       Патриарх всея Руси Тихон ещё в 1918 году обратился к советской власти с кафедры Московского Церковного Собора: «Опомнитесь, безумцы, прекратите ваши кровавые расправы. Ведь то, что вы творите, есть не только жестокое дело! Это дело поистине сатанинское, за которое подлежите вы огню геенскому в жизни будущей, загробной и страшному проклятию в жизни настоящей, земной. Властью, данной нам от Бога, запрещаем вам приступать к Тайнам Христовым, анафемствуем вас!»



       Почему ни один из членов Политбюро, – тех, кто подписывал со Сталиным приказы об арестах и казнях граждан России, – не пустил себе пулю в лоб, когда на XXII съезде партии Хрущёв объявил их преступниками перед своим народом? А тогдашний председатель КГБ Шелепин, документально нарисовав ужасающие картины массового террора, назвал имена душегубов: Генерального секретаря ЦК партии, генералиссимуса Советского Союза И.В. Сталина и членов Политбюро Молотова, Кагановича, Маленкова, Ворошилова…



       Куда идти? К кому? Печать вся в руках партии, народ – стадо должен знать только то, что велит ему партия. Всё останется за плотными дверями кабинетов. Выйти с плакатом на площадь – арестуют через минуту. Кричать на собрании – заткнут глотку организованным большинством.
       Откуда у нас в России эта неслыханная, садистская сладость от унижения человека? Думаю, что от тех процессов 1930-х годов, когда вожди революции, чтобы спасти свою жизнь, падали на колени, прося прощения, возводили ложные обвинения на себя и своих друзей, как доисторические чудовища пожирая друг друга. Те, кто уцелел в той мясорубке, действовали в дальнейшем теми же методами. Это стало называться «партийной дисциплиной и партийной самокритикой».



       В годы сталинского правления и террора почти в каждой семье, в каждой коммунальной квартире был свой зэк, и часто не один. Арестованные миллионы людей были не бандиты, не воры, а цвет и мозг нации (Ленин в своё время писал Горькому – да простит меня читатель за цитату: «Интеллигенция это не мозг нации, а говно» (ПСС, том 51, стр. 48).»



       После ГУЛАГа и запела интеллигенция блатные песни. Те, кто выжил в советских концлагерях, отсидев сроки от 10 до 25 лет, вернувшись домой, хотели они того или нет, принесли воровской жаргон тюрем в свои семьи, в своё сословие, и он расцвёл пышным цветом…



       Оголтелая атеистическая пропаганда и более полувека запрещённая, подцензурная литература привели к внутренней зажатости и духовному оскудению народа, что повлекло за собой обнищание русского языка, и человеку уже часто не хватает слов для выражения своих мыслей. Тогда он сдабривает свою речь блатным жаргоном, пересыпает отборным матом, и этот советский русский язык понимают все. Им щеголяют студенты, учёные, знаменитые артисты, потому-то естественным оказалось появление в 60-х годах Владимира Высоцкого с его песнями и блатным истерическим порывом. Талантливый человек, сам алкоголик, он сразу стал идолом народа, потонувшего в дремучем пьянстве, одичавшего в бездуховности… Но что же должен был пережить народ, через какие моральные ломки пройти, чтобы вот эти блатные истерические вскрики уркагана находили такой массовый отклик во всех слоях советского общества!



       Творческий героизм Дмитрия Шостаковича и его человеческий облик будут вечным разоблачением самой лживой, низменной, циничной коммунистической идеологии, ползущей по всей планете как метастазы раковой опухоли и уничтожающей на своём пути все духовные ценности народов.
       Но в том-то и дело, что в этой стране ты не можешь быть просто человеком со своим мировоззрением, жить по законам твоего Бога. Нет, ты обязан изгнать Его из твоей души, а в образовавшуюся пустоту вселить, как в коммунальную квартиру, Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина со всей их галиматьёй и превратить её в свою религию. Иначе, как сказал вечно живой Ильич: «Кто не с нами, тот против нас».



       Самые большие и лучшие здания заняты партийными учреждениями: областной комитет партии, городской комитет партии, районные комитеты партии… Да сколько же их по всей необъятной России? И сколько же вас, дармоедов, осело во всех этих комитетах? Везде одни и те же лозунги, славящие коммунистическую партию и правительство за счастливую жизнь народа. А со стен домов глядят на всё это «великолепие» портреты вождей – их тупые рыла преследуют советского человека от рождения и до самой смерти…»

Tags: большевики, русофобия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 4 comments